Доброта. Меж двух колоколен

Доброта. Меж двух колоколен

 

Селение мореходов

Доброта тянется вдоль восточного берега Которского залива на семь километров. Административные её границы начинаются недалеко от Старого Града Котора и заканчиваются у реки Люты, что рядом с Ораховцом, но символические границы обозначаются двумя колокольнями храмов Св. Евстахия и Св. Матфея, между ними километра четыре.

Меж этих колоколен – пирсы и лодки, старые капитанские дома и новенькие виллы, барочные дворцы и скромные семейные церкви, каменные гербы над воротами, сады с изобилием цветущих растений. Прогулка по живописной Доброте грозит затянуться на часы, потому что в кадр просится каждый её уголок. В летние жаркие дни по Доброте лучше всего гулять утром, пока её накрывает тень от гор, или ближе к вечеру, когда жгучее солнце уже укатилось за Врмац, но ещё вполне светло. В прочие сезоны Доброта прекрасна в любое время.

Были времена, когда к этому берегу приставали десятки парусников: добротские капитаны возвращались домой из своих путешествий. Мореходство было главным занятием жителей Доброты на протяжении столетий, однако золотой век Доброты наступил с 1717 года, когда она получила статус приморского поселения. Добротчане не претендовали на воинскую славу жителей Пераста, хотя в военных операциях Венецианской республики тоже участвовали, зато торговцами были отменными, за несколько лет сколачивали огромные состояния, чему осталось достаточно материальных свидетельств, а ещё больше – устных преданий.

Как поэма звучат названия типов кораблей, которые подходили к добротским пристаням: трабакулы, полаки, тартаны, фусты, бригантины, фелуки,  фрегадуны, мартиганы. Самыми влиятельными семействами были Каменаровичи, Радимиры, Маровичи, Ивановичи-Моро, Трипковичи, Радоничичи, Милошевичи, Дабиновичи, Томичи, Петричевичи. Каждое семейство дало Доброте десятки, а то и сотни моряков.

Начнём прогулку от церкви Св. Евстахия, благо на верхней дороге неподалёку от неё можно припарковаться. Парковки – больной вопрос всех приморских посёлков Которской части залива. Дорога вдоль моря была проложена не так давно, а раньше фасады домов выходили прямо на причалы и пирсы, и к соседям ездили на лодках. Новая дорога «откусила» пространство перед домами, места для парковок почти не осталось, разве что на переоборудованных пирсах.

Церковь Св. Евстахия

Церковь Св. Евстахия, в народе – Свети Стася, редкий пример синтеза барокко и неоклассицизма. Её построили в 1773 году, но нынешний свой вид церковь приобрела лишь в 1903 году, когда была достроена колокольня, строительство которой началось ещё в конце XVIII века. К тому времени проект колокольни претерпел многократные изменения, но в результате она получилась воздушной, невесомой, несмотря на массивное основание. Вместе с колокольнями Пераста, Столива и соседней церкви Св. Матфея она составляет ансамбль архитектурных доминант бокельского ландшафта. Колокольню высотой 36 метров венчает скульптура Св. архангела Михаила.

Длина церкви тоже 36 метров, а фасад вписан в квадрат со стороной 16,5 метров, но длинные окна и деликатные люнеты создают иллюзию вытянусти вверх.

В ризнице хранятся ценные картины, книги, реликвии, церковное облачение, шитое шёлком, а самая необычная коллекция – 54 кружевных изделия. Жёны и матери моряков коротали время за плетением кружев. Такого искусства достигли они в этом рукоделии, что добротские кружева стали цениться по всей Европе.

В церкви семь мраморных алтарей, главный из которых изваян из мрамора семи цветов. Плафон расписан 12 сценами из жития св. Евстахия. Одну из стен украшает монументальное мозаичное панно площадью 300 кв. м.

Святой мученик Евстахий, которому посвящена церковь, – покровитель охотников, егерей и лесников. Был он, тогда ещё под именем Плацид,  телохранителем римского императора Траяна. Во время охоты явился ему белый олень со светящимися рогами в виде креста, после чего обращённый Плацид крестился сам, получив имя Евстахий, и крестил всю свою семью. Дальше ждали его страшные потери и мученическая смерть, но и слава в веках. Св. Евстахий был включён в число 14 святых помощников христиан. На иконах он обычно предстаёт в образе всадника с оленем – символом обращения и медным быком – символом мученичества.

 

Ожерелье капитанских палат

Среди старинных добротских и, надо сказать, весьма добротных домов есть несколько жемчужин бокельской архитектуры. Это так называемые палаты – более репрезентативные, чем обычные дома зажиточных граждан, но слегка недотягивающие до того, чтобы называть их дворцами.

В Доброте насчитывается полтора десятка палат. Мы расскажем о самых примечательных, ограничившись пространством между главными добротскими церквями – Св. Евстахия и Св. Матфея.

Великолепная палата Трипкович построена в конце XVIII века капитаном Андрием Йозовом Трипковичем. Этот влиятельный добротчанин был одним из девяти представителей Боки в Центральной комиссии, о которой чуть ниже. Помимо него в семействе Трипковичей в течение XVIII-XIX веков было 62 капитана. Здание из светлого камня в декорациях монументальных фиолетовых скал кажется лёгким и почти прозрачным. Камень для постройки поставляли с хорватского острова Корчула, как и для многих других палат и церквей Боки. Палата построена в стиле зрелого барокко. Прекрасное архитектурное решение бельведера с тремя изящными балкончиками и украшением в виде башенок на самом верху. На портале герб семейства Трипкович. Задний фасад выходит на террасные сады, а перед воротами – большая пристань. Когда Бока оказалась в составе Австрийской империи и новые власти начали инвентаризацию жилого фонда, палата Трипкович была оценена в 7 тысяч австрийских форинтов и оказалась самым дорогим зданием на берегах залива.

Палата с тройным названием Трипкович–Дабинович–Абрамов переходила то к одному, то к другому владельцу. В отличие от прочих палат с их симметричными фасадами, обращёнными к морю, эта палата выходит на море крылом. Зато у неё есть чудесная лестница с каменной резьбой, не скрытая от глаз прохожих высоким забором. И самое главное – это единственная палата Доброты, которая после постройки сохранила аутентичный облик.

Палата Иванович–Миро, построенная в XVIII веке, принадлежала семейству Иванович, позже её купил Йосип Стадлер, епископ из Сараева, с целью устроить здесь летний лагерь для детей-сирот. После Второй мировой войны в палату перебрались монахини из перастского монастыря Св. Антуна. Здание было сильно повреждено во время войны, монахини смогли добыть средства на его восстановление. Увы, после землетрясения 1979 года снова понадобилось восстановление, которое продлилось десять лет, зато теперь мы можем любоваться чудесным фасадом с балконом на пяти консолях.

Наш фаворит среди добротских палат – Кокотова кула, что в переводе означает «петушиная башня». Палата была построена в начале XVIII века Джуро Дабиновичем, который за свой задиристый характер получил прозвище Кокот. Дабиновичи были одним из богатых и влиятельных семейств Доброты. Об их богатстве свидетельствует тот факт, что они (вместе с Ивановичами и Трипковичами) дали ссуду на выкуп черногорского владыки Данилы Петровича, когда того захватили турки. Жаль, что палата в руинах, но даже сейчас легко представить, насколько она была красивой. Компактная, ниже и меньше всех прочих палат Доброты, с бельведером и длинным балконом – яркий пример средиземноморского барокко, куда более барочная, чем палаты, построенные менее темпераментными соседями.

Криви палац, или палата Радимир–Дабинович, действительно кривая: с несимметрично изломанным фасадом. Интересно, что такая форма не творческий каприз автора, а практическая необходимость. Вначале это было обычное, прямоугольное в плане здание, но потом понадобились новые помещения, и было достроено южное крыло. Почему несимметрично – история умалчивает. «Кривизну» палате добавил капитан Антун Радимир, который на рубеже XVIII-XIX веков был богатейшим капитаном Доброты. Семейство Радимир владело 44 кораблями и 24 домами в Доброте. Позднее палата по женской линии перешла к семейству Дабинович, в чьём владении находится до сих пор.

Палата Каменарович находится среди целого комплекса старинных зданий разной степени сохранности. Все они принадлежали влиятельному братству Каменарович. Братства в этих краях – особая форма родственных связей по мужской линии, что-то вроде клана. Интересно, что на кораблях из Боки не случалось бунтов: почти все члены команды были родственниками. Братство Каменарович известно с XVI века, а в особую силу семейство вошло в конце XVII века, когда и были построены палата и соседние здания. Чуть в стороне от комплекса находится семейная церковь Св. Иоанна, которую начали строить в конце XVIII века, но так и не смогли завершить. В 1797 году пришёл конец Венецианской республике, и после этого финансовое положение добротских капитанов сильно пошатнулось.

Палата Иванович–Трипкович – не слишком приметное здание неподалёку от ярко-голубой гостиницы, к тому же спрятанное за высоким забором с окнами-щёлками, но в этом здании вершились исторические события. Веками Боко-Которский залив и Черногория соседствовали, но административно были независимы друг от друга. После изгнания наполеоновских оккупантов они решили объединиться. Девять представителей черногорской стороны и девять влиятельных жителей Боки заседали в этом здании осенью 1813 года, обсуждая все детали объединения и подписывая исторические документы. Новое государство просуществовало всего несколько месяцев. В результате Тильзитского мирного договора Боко-Которский залив отошёл Австрии, Черногория осталась независимым государством, и только спустя столетие они объединились, теперь уже в составе Королевства Югославия. Сейчас в этом здании разместилась библиотека Поморского факультета.

 

Церковь Св. Матфея

Церковь Св. Матья (Матфея) стоит на возвышении и немножко похожа на крепость. На том же месте была церковь XIII века, но она была разрушена землетрясением 1667 года. В 1670 году был возведён новый храм. Пусть вас не удивляют темпы строительства. То было время экономического расцвета Доброты, многие семейства владели десятками парусников, морская торговля приносила им огромную прибыль.

В том месте, где построена церковь, при сильном северном ветре высокие волны могли подмывать холм, поэтому жители Доброты построили защитную каменную стену высотой до десяти метров. Через сто лет к храму были пристроены капелла с куполом и колокольня. Деньги на их постройку пожертвовал капитан Паво Джуров Каменарович, он же был донатором мраморных алтарей. Постройку второй симметричной капеллы оплатил богатый судовладелец Антун Радимир. Другие капитаны Доброты тоже участвовали в украшении своей общинной церкви – приносили в дар картины, скульптуры и другие ценности.

В храме хранятся ценнейшие реликвии: щепотка земли с каплей крови Христовой, щепочка от столба, у которого бичевали Спасителя, и шип из тернового венца. Эти реликвии – дар уже упомянутого Антуна Радимира. Он приобрёл их в 1815 году за 500 цекинов – целое состояние. Реликвии переносили в храм торжественной процессией по воде – 50 добротских кораблей, празднично украшенных, при небывалом стечении народа.

 

Leave a Comment

Your email address will not be published.